Если же она не получит эту работу… Нет, сейчас не надо думать об этом. Решив больше не переживать, Энджи купила газету, зашла в кафе и принялась изучать репертуар кинотеатров, заказав себе куриный салат по-тайски. Едва ли курятина будет частым блюдом на ферме, где разводят коров, усмехнулась она.

Выбрав из обилия фильмов один, английский, Энджи отправилась в кино. Но, несмотря на широкую известность картины и многочисленные похвалы критиков, она с трудом могла уследить за развитием сюжета, а персонажей там оказалось так много, что Энджи не запомнила ни одного. Наконец, не выдержав слишком бурных киношных страстей, Энджи встала и вышла.

Жара на улице усилилась. Делать Энджи было совершенно нечего. Оставалось только ехать домой. Пока автобус довез ее до дома, она едва не умерла в невыносимой духоте. К счастью, было уже около пяти и приближался долгожданный вечер.

Энджи стянула с себя одежду, долго стояла под душем, потом переоделась в шорты и легкую майку и, захватив холодный напиток со льдом, включила телевизор. Развлекаюсь, с усмешкой заметила она про себя, глядя на экран.

Не успел начаться шестичасовой выпуск новостей, как зазвонил телефон. От неожиданности Энджи скатилась с кресла на пол. Дрожащим пальцем нажала на телевизионном пульте кнопку выключения.

Бегом бросилась на кухню, где на стене висел аппарат. Прижимая трубку к груди, чтобы унять сердцебиение, взяла трубку, отчаянно надеясь услышать то, что хотела услышать.

— Алло, Энджи Корделл.

— Привет, малышка!

Неожиданный удар.

— У меня сегодня был шикарный день на бирже, — продолжал Брайан. — Так что хочу отпраздновать. А с кем, как не с тобой! Я минут через двадцать заеду, так что готовься к выходу.

— Нет, Брайан! — испуганно воскликнула Энджи. И торопливо заговорила:

— Я занята. Не могу. Не поеду.

Пора это прекратить.